Резолюция «О политике партий в области художественной литературы» в середине 20-х годов

Политика партии в области художественной литературы была направлена на то, чтобы всемерно помочь развитию идейной, вы­сокохудожественной литературы, которая, отражая интересы на­рода, воспитывала бы его в духе коммунизма, укрепляла его на­циональную гордость, его революционное самосознание, развивала его эстетические вкусы.

Исторический документ партии — резолюция ЦК от 18 июня 1925 г. — не только подводил итоги развития советской литера­туры за определенный период, но и намечал дальнейшие ее пер­спективы. Учитывая закономерности литературного процесса за истекшее время, Центральный Комитет партии выдвинул ряд важ­нейших задач в области художественной литературы — прежде всего создание большой литературы, правдиво отражающей жизнь, литературы высокого мастерства, воспитывающей советского чи­тателя в социалистическом духе.

Одним из важнейших являлся вопрос о соотношении между пролетарскими писателями, крестьянскими и так называемыми «по­путчиками».

Провозгласив историческое право пролетарских писателей на гегемонию, ЦК отмечал, что крестьянские писатели «должны встречать дружественный прием» и пользоваться всяческой под­держкой.

По отношению к писателям-«попутчикам», которых партия особенно ценила за их художественное мастерство, резолюция вы­двигала требования тактичного и бережного подхода к ним, обеспе­чивая тем самым «все условия для возможно более быстрого их перехода на сторону коммунистической идеологии».

Политика партии в отношении к самим пролетарским писа­телям заключалась в максимальной поддержке массовых организа­ций этих писателей и одновременно в предупреждении всякого проявления кастовости, комчванства, групповщины, администриро­вания как самых губительных явлений.

Борьба за гегемонию пролетарской литературы выдвигалась партией в качестве одной из основных задач.

Одновременно резолюция подчеркивала необходимость свобод­ного соревнования различных литературных групп в области фор­мы. «Распознавая безошибочно общественно-классовое содержание литературных течений, партия в целом отнюдь не может связать себя приверженностью к какому-либо направлению в области ли­тературной формы».

Резолюция поддерживала, в противоположность рапповцам, ле­нинское понимание пролетарской литературы как литературы со­циалистической, а не цеховой, кастово-замкнутой.

Особое внимание обращалось на развитие национальных лите­ратур в многочисленных республиках и областях нашего Союза. Резолюция сыграла огромную роль в деле борьбы с различными идеологическими извращениями, в дальнейшем росте национальных литератур.

Особый пункт резолюции был посвящен задачам литературной критики. Требуя от нее высокой принципиальности, настоящей тре­бовательности, беспощадной борьбы с буржуазными идеями, контр­революционными проявлениями в литературе, с «сменовеховским либерализмом», партия обязывала критику в то же время изгнать тон литературной команды и подходить с величайшим тактом к тем литературным прослойкам, которые могут идти и пойдут вместе с пролетариатом.

В резолюции было уделено особое внимание вопросам художе­ственной формы, писательского мастерства. Партия призывала советских писателей, использовавших богатейшие традиции русских классиков, выработать художественную форму, понятную миллио­нам. И наконец, в партийном документе утверждалась, в противо­положность лженоваторству, необходимость поисков стиля, кото­рый бы соответствовал эпохе.

Вскоре после опубликования резолюции ЦК РКП(б) «О по­литике партии в области художественной литературы» все лите­ратурные организации (РАПП, Всероссийский союз писателей, Общество крестьянских писателей, Леф, «Перевал», группа конст­руктивистов и др.) вошли в Федерацию объединений советских пи­сателей (ФОСП), призванную положить начало совместной работе писателей, проводить политико-воспитательную работу среди них, создать почву для совместного обсуждения творческих вопросов. Однако эта организация не приобрела авторитета в среде совет­ских писателей, фактические результаты деятельности ФОСП были невелики.

Существующие организационные формы становились тормозом развития советской литературы. Невиданные успехи социалистиче­ского строительства, все укреплявшаяся связь писателей с самой действительностью постепенно подготавливали объединение совет­ских писателей в одну организацию. Огромную роль в этой подготовке сыграл исторический документ партии, учитывающий за­коны развития литературного процесса, его дальнейшие перспек­тивы. Вот почему этот документ был встречен с таким большим сочувствием писательской общественностью.

«На днях в «Правде» опубликована — вполне своевременно — резолюция ЦК «О политике партии в области художественной ли­тературы»,— писал М. Горький 13 июля 1925 г., — резолюция эта, несомненно, будет иметь огромнейшее воспитательное значение для литераторов и сильно толкнет вперед русское художественное творчество» ’.

«...Резолюция ЦК РКП... дает простор для проявления талан­тов как пролетарских и крестьянских писателей, так и попутчи­ков»,— писал А. Новиков-Прибой. «На нас, русских писателей, падает особая ответственность. Мы — первые. Как Колумбы на утлых каравеллах, мы устремляемся по неизведанному морю к но­вой земле...»—заявлял А. Толстой, выражая благодарность за доверие, которое партия оказывала писателям. С большой радо­стью приветствовал опубликование партийного документа Л. Лео­нов: «Политика наскока и полуадминистративного нажима в лите­ратуре, а порой и просто подсиживания, — отмечал он, — осуждена партией так же, как и бесшабашная кружковская распря, истощав­шая попусту наши общие силы».

Непосредственно наблюдая гигантскую работу по социалисти­ческому преобразованию страны, принимая в этой работе участие или соприкасаясь с ней, осознавая всемирно-историческое значение событий, происходивших в родной стране, честные и талантливые писатели, вне зависимости от своего происхождения и принадлеж­ности к партии, все теснее и непосредственнее связывали свое твор­чество с жизнью народа, со строительством социализма, все ясней и глубже понимали и усваивали коммунистические идеи.

В годы, когда страна от военного коммунизма перешла к нэпу, к мирному строительству, идеологические споры, переходящие в ожесточенную идейную борьбу, находили свое выражение не только в столкновении эстетических вкусов и взглядов отдельных писате­лей, в столкновении различных творческих платформ, теоретиче­ских деклараций и манифестов литературных объединений. Главный принципиальный спор, имевший в основе политический характер, шел в самом искусстве, в творчестве художников, стоящих на раз­личных идейных позициях.

Художественная литература призвана не только правдиво отра­жать жизнь в ее динамике, в ее революционном становлении, но и воспитывать советских людей в социалистическом духе. Огромное значение приобретает революционное искусство, выступающее в качестве боевого оружия. Эту задачу прекрасно понимали передо­вые советские писатели уже в 20-х годах.

«Для нас, мастеров слова России Советов, маленькие задачки чистого стиходелания отступают перед широкими целями помощи словом строительству коммуны», — писал Маяковский в 1923 г. предисловии к сборнику «Вещи этого года» (курсив наш.— Ред.).

В «помощи словом строительству коммуны» видел свою пря­мую задачу не только один Маяковский. Залогом решения этой основной задачи явилось создание уже в первой половине 20-х го­дов таких произведений, как «Падение Дайра» (1921) А. Малыш- кина, «Партизаны» и «Бронепоезд 14-69» (1921) В. Иванова, «Неделя» (1921) Ю. Либединского, «Виринея» (1924) Л. Сейфуллиной, «Чапаев» и «Мятеж» (1923—1925) Д. Фурманова, «Же­лезный поток» (1924) А. Серафимовича, «Конармия»( 1923—1924) И. Бабеля, «Донские рассказы» (1923—1925) М. Шолохова, «Дело Артамоновых» (1924—1925) М. Горького, «Цемент» (1925) Ф. Гладкова, «Шторм» (1924) В. Билль-Белоцерковского, поэтиче­ские гимны, марши, стихи и лиро-эпические поэмы В. Маяков­ского, агитационные стихи и поэмы Д. Бедного, романтические бал­лады Н. Тихонова, лирика и поэмы Э. Багрицкого, М. Светлова, А. Безыменского, И. Уткина и многих других.

В центре внимания писателей в эти годы находилась только что закончившаяся, небывалая по своему героизму гражданская война. Но наряду с этой ведущей темой художественная литература во­влекла в свою орбиту и жизнь советской деревни на переломе, и многообразную деятельность рабочего класса, переносящего глав­ные тяготы гражданской войны и теперь борющегося с хозяйствен­ной разрухой, и настроения интеллигенции, идущей к социализму.

Несмотря на разнородность тематики, разнообразие жанров, стилевых направлений, лучшие произведения этого времени свя­заны единым творческим устремлением. Их объединяет осознание величия нового века, силы революционного движения пробужден­ных к творчеству народных масс, преобразующего влияния рево­люции на судьбы и сознание миллионов людей.

Под влиянием революции совершают чудеса железная армия Кожуха и полки легендарного комдива Чапаева; горстка партийцев в далеком Семиречье справляется с разъяренной мятежной сти­хией; под влиянием революции морально преображается озорная, не находящая выхода бесплодной своей энергии Виринея; ясная революционная цель дает силы Глебу Чумалову и его товарищам возродить к жизни цементный завод.