Приход к власти гитлеровцев в Германии, начало захватниче­ской войны Японии против Китая

Приход к власти гитлеровцев в Германии, начало захватниче­ской войны Японии против Китая (оккупация Маньчжурии), напа­дение фашистской Италии на беззащитную Абиссинию, граждан­ская война в Испании, затеянная фашистскими мятежниками при активной поддержке Гитлера и Муссолини и фактическом одобре­нии империалистических западных держав, «присоединение» Авст­рии к нацистской «третьей империи» были этапами подготовляе­мой империалистами второй мировой войны (1939—1945).

Страна победившего социализма противопоставила империа­листической политике разжигания войны социалистическую поли­тику мира, идею мирного сосуществования двух общественных систем.

Вместе с тем в связи с усилением фашизма и нарастанием воен­ной опасности необходимо было постоянно заботиться о повыше­нии обороноспособности страны, о мобилизационной готовности советского народа.

В напряженной международной обстановке 30-х годов голос ве­ликого Горького, разоблачавшего империалистических агрессоров, раздавался во всем мире, призывая все прогрессивное человечество к последовательной борьбе с грозной опасностью опустошительной войны.

В эти годы, вспоминал П. Павленко, «Горький сосредоточил свои силы на публицистике оборонного характера. Предчувствие близкой схватки не покидало его ни на минуту, и он уже готовился сам и готовил советскую литературу к созданию той «крепости не­видимой»,— говоря словами Алексея Толстого, — которая в годы Отечественной войны так поразила мир своею твердостью».

Горячо звучали речи Николая Островского, обращавшегося к молодежи с призывом продолжить героические традиции первых комсомольцев, активно защищать мир, быть всегда готовыми к смертельной схватке с фашизмом и, если потребуется, бестрепетно отдать за Родину жизнь.

«Мы все — в мирном труде, наше знамя — это мир, — писал Н. Островский. — И это знамя партия и правительство подняли высоко... Но было бы предательством забывать о том, что нас окру­жают злейшие кровавые враги...»

В марте 1937 г. (на конгрессе мира и дружбы с СССР в Лон­доне) выступил А. Толстой. «Мир, — заявил он, — первое условие развития культуры. Ее семена не произрастают на почве, взрывае­мой военными снарядами, и путь человечества к расцвету и счастью не лежит по ту сторону колючей проволоки и волчьих ям». Речь Толстого, произнесенная им на русском языке, прерывалась аплодисментами. «Очевидно, многие делегаты конгресса, — объяс­нял писатель советским журналистам, — понимали мою речь по ин­тонациям, жестикуляции и отдельным словам, которые на всех языках звучат одинаково».

В условиях начинающейся мировой войны советская литература, разоблачая фашистских захватчиков как врагов человечества, с любовью изображала славную Красную Армию — верную и муже­ственную защитницу завоеваний Октября, рассказывала народу о ее героических делах («На Востоке» П. Павленко, «Патриоты»

С. Диковского, «Подвиг» Б. Лапина, «Пограничник» М. Исаков­ского, «Падь Серебряная» Н. Погодина, стихи и песни В. Лебедева-Кумача, «Командир танка» Н. Панова, «Андрей Коробицын» М. Слонимского и др.).

В 1939 г. появляются очерки и стихи К. Симонова о боях в Монголии против японских милитаристов. Писатели Вс. Вишнев­ский, Н. Тихонов, А. Твардовский, П. Павленко, А. Сурков, Ставский, Л. Соболев, Б. Лавренев, В. Лебедев-Кумач и другие во время войны с финской белогвардейщиной участвуют во фрон­товой печати. В 1940 г. были опубликованы циклы стихотворений — «Декабрьский дневник» А. Суркова, «На войне» М. Луко­нина.

Мужественная борьба испанского народа за свободу против фашизма находит свое отражение в многочисленных публицисти­ческих произведениях советских писателей, в том числе в пьесе А. Афиногенова «Салют, Испания!» (1936), в статьях А. Толстого и особенно в талантливой книге М. Кольцова «Испанский днев­ник» (1938), автор которой длительное время находился в каче­стве советского корреспондента на фронтах Испании.

В 1935 г. К. Федин после посещения ряда стран Западной Ев­ропы опубликовал роман «Похищение Европы». Автору, по его признанию, «хотелось показать Западную Европу в ее противоре­чиях с новым миром, который бурно строился на востоке, в Совет­ском Союзе». Противопоставление двух систем, двух миров, двух идеологий К. Федин положил в основу построения романа, первый том которого посвящен преимущественно Западу, второй — Совет­скому Союзу.

«Западной теме» посвящено и другое произведение К. Федина «Санаторий Арктур» (1940), в котором продолжена, хотя на со­вершенно другом материале, в других сюжетных ситуациях (дей­ствие повести происходит в одном из туберкулезных санаториев Швейцарии), критика буржуазного общества, его античеловече­ской сущности. Пассивность, потеря воли, отсутствие жизненного сопротивления, примиренность с грозящей смертью характерны для большинства персонажей повести. В этих образах «потерянных лю­дей» писатель передает ощущение неблагополучия, надвигающейся беды в самой действительности предвоенных лет.

Острое чувство современности подсказало П. Павленко тема­тику его романа «На Востоке» (1934—1936), посвященного буду­щей войне.

«Утопический роман на данных реальной действительности»— так охарактеризовал сам автор свое произведение.

«Судьбой войны» (первоначальное заглавие романа «На Во­стоке».— Ред.) Вы вполне своевременно и весьма интересно поло­жили начало советской оборонной литературе», — писал А. М. Горький в письме к П. Павленко.

Для романа характерно переплетение тем мира и войны. Раз­мах социалистического преобразования, охватившего самые отда­ленные окраины нашей Родины, в частности Дальний Восток, новые люди, энтузиасты социалистического строительства, смелая, муже­ственная молодежь, исполненная чувства долга перед Родиной,— таковы «факты социалистической действительности», послужившие материалом для романа. Горячее дыхание пятилеток (действие ро­мана начинается в 1932 г., захватывает 1933—1934 гг. и кончается в неизвестном 193... г.) чувствуется в романе с первых страниц. Сама композиция произведения — сцены, обрамляющие повество­вание, связаны с постройкой в глухой тайге новых городов — пере­дает идею о созидательном характере мира социализма, источнике победы над реакционным лагерем поджигателей войны, хищников и агрессоров.

«Военные» главы, неизбежно носящие несколько условный ха­рактер, так как в них сделана попытка заглянуть в будущее, менее удались автору. Разоблачив зловещие замыслы врагов, коварные методы их подрывной деятельности, П. Павленко в дальнейшем преуменьшил силу агрессоров, трудности борьбы с ними и изобра­зил победу облегченно.

Вместе с тем писатель ясно видел, что будущая война — это всенародная война: «Если вздохнуть всем народом, ветер будет. Если топнуть ногой о землю, землетрясение будет» — эта китай­ская пословица, приведенная в качестве эпиграфа, выражает пат­риотическую мысль романа, который в конкретной исторической ситуации приобретал особую политическую остроту. Роман печа­тался отдельными главами на страницах «Правды»; в ряду много­численных переводчиков этой книги на иностранные языки мы встречаем имена Юлиуса Фучика и его жены.

Незадолго до начала Великой Отечественной войны был закон­чен роман И. Эренбурга «Падение Парижа». Автор, живший в кон­це 30-х — начале 40-х годов во Франции, был свидетелем позорной капитуляции французской буржуазии перед гитлеровскими захват­чиками. Содержание романа тесно связано с циклом очерков, опу­бликованных писателем в 1940 г. («Разгром Франции», «Падение Парижа»).

Написанная по свежим следам событий книга И. Эренбурга широко изображала общественно-политическую жизнь Франции с 1935 по 1940 г., нарастание фашистских тенденций в Западной Европе, развязывание гитлеровской агрессии при преступном попу­стительстве крупнейших империалистических держав, капитуляцию французского правительства летом 1940 г. Это — антифашистский, антиимпериалистический роман.

Эренбург приводит читателей к отчетливому пониманию собы­тий: падение Парижа не было случайностью, сдача Парижа и по­ражение Франции — это результат грязных антинародных дел бур­жуазии на протяжении ряда лет, результат ее стремления подавить движение рабочего класса и установить фашистскую диктатуру в стране. Трагедия Франции — это трагедия народа, не сумевшего вовремя заметить предательства политиканов, называвших себя «социалистами», трагедия народа, оказавшегося в решающий мо­мент без государственного руководства. Простые люди Франции, о которых с большой любовью пишет автор, перед лицом событий начинают понимать, что решающую роль в освобождении Европы сыграет Советский Союз.

Роман И. Эренбурга, так же как и его очерки о Франции и при­чинах ее национальной катастрофы, сыграл заметную роль в раз­облачении германского фашизма и его союзников — открытых и тайных.

Ощущение надвигавшейся военной грозы к концу 30-х годов все сильнее окрашивало многие произведения, в том числе и книги для детей и юношества.

Так, например, тема грозной опасности звучала и в «Военной тайне» А. Гайдара и особенно в его повести «Тимур и его команда», напечатанной осенью 1940 г. в «Пионерской правде». Повесть о Ти­муре сыграла огромную роль в годы Великой Отечественной вой­ны, когда возникло широкое «тимуровское» движение среди подростков.

Все чаще и чаще в стихи и песни советских поэтов врывались мотивы предстоящей борьбы с фашизмом, призывы к бдительно­сти, к боевой готовности (стихи А. Суркова «Песня бдительности», «Перед боем» и др.). В письме к А. Суркову А. М. Горький го­ворил, что он хотел бы услышать в современной поэзии «музыку ненависти» к гнусным уродствам бесчеловечного капиталистиче­ского строя.

Разоблачая империализм, готовя народ к борьбе с фашизмом, советские писатели стремились показать и передовые силы капи­талистических стран. . Тема врагов и друзей за рубежом нашла свое отражение в книге стихов Н. Тихонова «Тень друга», в «Па­дении Парижа» И. Эренбурга, а также в произведениях, посвящен­ных борьбе испанского народа.

На жгучие вопросы международной жизни откликались и со­ветские драматурги. Непосредственно к грозным испытаниям „1941 —1945 гг. подвел советского читателя и зрителя К. Симонов в пьесе «Парень из нашего города» (1941).

Так оборонная тема в предвоенные годы возникла во всех жан­рах советской литературы. Наряду с образами мирных труже­ников вырастал на страницах художественных произведений об­раз пограничника, сурового воина, неусыпного стража советских границ, охраняющего труд мирных людей-созидателей от напа­дения фашистских варваров, несущих с собой разрушение и смерть.

И если в книгах о трудовой деятельности советских лю­дей усилились мотивы готовности к предстоящим боям за Родину, то, с другой стороны, произведения о боевых подвигах были про­никнуты пафосом созидания. Тема боевого подвига осмыслялась как тема гуманистическая, как тема борьбы за мирный, творческий труд. Укрепление оборонной мощи страны социализма является залогом упрочения мира — такова идея, освещающая предвоенную советскую литературу.