Период создания детской и юношеской литературы

К вопросам детской и юношеской литературы партия обраща­лась на XI, XII и XIII съездах. В резолюции XIII съезда партии «О печати» говорилось: «Необходимо приступить к созданию литературы для детей под тщательным контролем и руководством партии, с целью усиления в этой литературе моментов классового, интернационального, трудового воспитания».

Предметом внимания партии было также развитие литератур братских народов.

Максимальное приближение к жизни, к интересам народа — таково было основное требование, которое партия предъявила со­ветским литераторам.

Передать опыт героической работы на трудовом фронте, воспи­тать советского читателя на живых и конкретных примерах социа­листической стройки, в духе советского патриотизма, в коммуни­стическом духе — такова была главная задача искусства и ли­тературы.

В. И. Ленин в это время напоминал, что побороть сопротивле­ние капиталистов «идейное, самое глубокое и мощное» труднее, чем военное и политическое. Советская литература призвана была выполнить это ответственное и нелегкое дело.

Изображение правды жизни, утверждение социалистических идеалом непосредственно связывалось с обличением недостатков, с выкорчевыванием пережитков капитализма. Эти задачи должны были выполнить сатирические жанры, с помощью смеха, гротеска убивающие предрассудки прошлого.

Хорошо известна та высокая оценка стихотворения Маяков­ского «Прозаседавшиеся», которую дал В. И. Ленин, подчеркнув огромное политическое значение этой острой сатиры, направленной против бюрократизма государственного аппарата.

Рассматривая советскую литературу как орудие коммунисти­ческого воспитания, партия нацеливала писателей на борьбу про­тив буржуазных тенденций в искусстве, эстетских «теорий», про­тив формализма.

Как и в предшествующий период, продолжалась борьба с вуль­гаризаторскими идеями, связанными с отрицанием великого на­следства русской классической литературы.

В «Страничках из дневника» В. И. Ленин, призывая народные массы к овладению всеми достижениями культуры, иронически отзывается о пролеткультовцах, о всех тех, «кто витал и витает в эмпиреях «пролетарской культуры».

Борьба партии с нигилистическим отношением к классическому наследию включала борьбу с лженоваторством. В поисках новых форм, соответствующих необычному, подсказанному новыми усло­виями жизни содержанию, ряд советских писателей, в особенности молодых, прокламировал «революцию формы». Она выражалась в ломке сюжетов или, вернее, в пренебрежении к сюжетосложению, в искусственном смещении места действия, нарочитых, неоправдан­ных временных сдвигах, в непомерном увлечении сказом, в созна­тельной запутанности и усложнении композиции, в расточительной метафоричности, «фигурности» и вычурности письма. Горький в одном из писем к Леонову писал о повестях В. Иванова: «Чи­тать их трудно, и очень мешает авторово «искание формы». Усилившиеся формалистические влияния, в частности широко иду­щие от ОПОЯЗа, приводили к так называемой «орнаментальности стиля». Перегруженность диалектными словами, игра словесными формами, обилие/инверсий, усложненная конструкция фразы — все это было следствием той же мнимой «революции формы».

Эти формалистические выверты, вытекавшие из искреннего, настойчивого стремления писателей создать новаторское искусство, «отгородив» его от мировой и русской классики, были для них своего рода признаком подлинной революционности. Характерно, что критик-лефовец Б. Арватов определял поэтику Брюсова, ши­роко использовавшего архаизмы в своих стихах как «контрреволю­цию формы». А с другой стороны, «сколки с хитрых изощрений Ремизова» (К. Федин) выдавались за новую форму в искусстве.

Против всякого ложного новаторства, против подобного рода «словесных выкрутасов» систематически и последовательно бо­ролся В. И. Ленин. Партия давала отпор также вульгаризатор­ским идеям о том, что язык классиков будто устарел, идеям, иду­щим от футуристов с их «заумным языком», от пролеткультовцев, выдумавших особый «пролетарский язык».

Борьба за повышение культуры языка, за чистоту русского языка являлась одной из насущных задач своего времени. Изве­стны указания В. И. Ленина, относящиеся к 1920—1921 гг., о не­обходимости создания словаря русского языка от Пушкина до Горького.

В 1924 г. в «Правде» была напечатана заметка В. И. Ленина «Об очистке русского языка» (написанная ранее — в 1919 или 1920 г.), которая была направлена против засорения языка иност­ранными словами). За точное, меткое, весомое слово в искусстве, слово, с предельной ясностью выражающее мысль, неустанно ра­товал Горький. «Щегольство словами, значение которых не совсем ясно щеголяющим, заметно у многих, и это очень плохо, — писал Алексей Максимович в одном из писем 1929 г. — Надобно учиться писать просто, точно, четко, тогда сама собою появится настоящая красота художественной правды». Освободившись от «словесной шелухи» своих ранних поэтических опытов, за слово — «полковод­ца человечьей силы» выступал Маяковский. «Меня очень волнует формальное изменение языка, — писал в 1922 г. Алексей Толстой, этот истинный ценитель русского «алмазного языка», — я думаю, что оно идет по неверному пути. Сейчас, конечно, искания. Все мы ищем новые формы, но они — в простоте и в динамике языка, а не в особом его превращении и не в статике».

Сайт объявлений GlavBoard.ru - дать бесплатную рекламу в интернет