Начальные этапы становления советской многонациональной литературы

Из ленинской концепции становления совет­ской многонациональной литературы, жизнен­ность которой подтверждена шестидесятилетней практикой культурного строительства в нашей стране, явствует, что развитие и сближение художественных культур представ­ляют собой две стороны единого диалектического процесса. Интернациональная общность национальных литератур определялась, прежде всего, их социалистическим качест­вом, характером. Вместе с тем в формировании и укрепле­нии идейно-эстетического единства литератур, в их сбли­жении важная роль принадлежит межлитературным отношениям — всему разнообразию связей от простых форм вааимоознакомления до наиболее сложного акта творчес­кого восприятия, художественного переосмысления.

Общения между литературами, культурами — дело не новое. И в дореволюционное время взаимообмен творче­ским опытом был в лучшей своей части жизненным явле­нием. Однако в практическом воплощении межлитератур­ные связи были тогда не равноправными и разномас­штабными, не систематическими, сопровождались острой классовой борьбой.

На Украине, скажем, опыт русской литературы заимст­вовался из разных источников и во имя разных целей. Революционные демократы заботились об освоении про­грессивных достижений литератур, об укреплении брат­ских уз народов. Буржуазные националисты добивались взаимной отчужденности прогрессивных сил разных на­ций в условиях бурного нарастания революционной борь­бы за социальное освобождение. Самодержавие настойчи­во продолжало русификаторскую политику, наводняло Украину реакционной литературой, запрещало лучшие произведения революционно-демократической русской ли­тературы, особенно в украинских переводах.

Классовый характер имело и дело популяризации произведений национальных литератур в России. Горький, Брюсов и другие писатели знакомят русского читателя с произведениями украинской, белорусской, грузинской, армянской, татарской и других литератур, заботятся о качестве переводов, печатают отзывы, организуют рецен­зирование, активно поддерживают всякую инициативу в культурном общении народов, ищут новые его формы. Дооктябрьская «Правда» популяризирует произведения Т. Шевченко, Леси Украинки. В. И. Ленин предлагает использовать в целях активизации революционной борьбы факт запрещения Шевченковских юбилейных празднеств, а в статьях о Л. Толстом глубоко мотивирует мысль: «Чтобы сделать его великие произведения действительно достоянием всех, нужна борьба и борьба против такого общественного строя, который осудил миллионы и десятки миллионов на темноту, забитость, каторжный труд и ни­щету, нужен социалистический переворот».

Самодержавие, наоборот, через свои цензурные коми­теты санкционировало издание, например, произведений В. Винниченко, приобщая его писания к доморощенным творениям Арцыбашева, Сологуба и подобных, направляя весь этот арсенал влияния на то, чтобы убить в человеке человека.

Великая Октябрьская социалистическая революция ко­ренным образом изменила характер культурных отноше­ний в целом, взаимообмен художественными достижения­ми в частности. Она устранила преграды к подлинному сближению и единению братских культур, поддержала лучшие традиции прошлых общений; сняла запрет с нуж­ного народам поэтического слова, отбросила односторон­нее толкование наследия Т. Шевченко националистами на Украине, предвзятость сторонников теории «искусство для искусства» в отношении к Пушкину в России, Чавчавадзе и Церетели в Грузии. Октябрь все поставил на свое место, совершил такую переакцентацию, которая суще­ственно изменила масштабы и характер взаимообмена литератур, определила новое восприятие достижений про­шлого, активизировала взаимообогащение в интересах дальнейшего развития новых литератур.

В советское время начинается широкое и обстоятельное взаимоознакомление народов во всех сферах их много­гранной деятельности, в том числе и в области литера­туры, искусства. Новизна послеоктябрьских культурных связей заключалась, прежде всего в том, что творчески контактируют равноправные художественные культуры. Политическое равноправие народов, их общая жизненная цель определяют масштабы и характер межлитературных связей, глубину восприятия и усвоения, эстетического пе­реосмысления инонационального опыта.